Может ли путешественник и искатель приключений быть хорошим семьянином?
В декабре знаменитый российский путешественник Фёдор Конюхов отпраздновал свой 74-й день рождения — он отметил его во льдах Антарктиды. А мы задумались, что в эти дни (да и во всё остальное время) чувствует его семья. И каково это вообще — всю жизнь ждать мужа и отца из экстремальных экспедиций?
В краю пингвинов
Фёдор Конюхов — советский и российский путешественник, обладатель национальной премии «Хрустальный компас» и мировых рекордов Гиннесса. Писатель, художник, с 2010 года — священник (протоиерей УПЦ Московского патриархата). Первый в мире человек, который в одиночку добрался до пяти полюсов Земли. Семнадцать раз пересёк Атлантический океан (несколько раз — на вёсельной лодке); установил мировой рекорд по скоростному облёту планеты на воздушном шаре, в одиночку совершил пять кругосветных путешествий, покорил семь высочайших вершин. Автор 20 книг и более 3 000 живописных полотен.
В ноябре Фёдор Конюхов развернул первую в истории одиночную антарктическую станцию — она находится на острове Смоленск (Ливингстон) в архипелаге Южные Шетландские острова. Следующие четыре месяца он будет жить «в краю пингвинов, морских слонов и дрейфующих айсбергов», ведя наблюдения в рамках научной программы Арктического и антарктического НИИ.
Сказать, что условия проживания на острове суровы — ничего не сказать. Сын путешественника, Оскар Конюхов, показал в телеграм-канале станцию-палатку отца и часть её интерьера: походная печь, кастрюля со снегом, камни для нагревания. И хотя этот мобильный дом получил суперсовременную теплоизоляцию (а Фёдор дополнительно укрепил его и обнёс деревянными поддонами для защиты от буранов), словосочетание «домашний уют» здесь приходит на ум в последнюю очередь.
Кстати, а что с домашним уютом? Подсчитано, что Конюхов-старший тратит на путешествия почти 300 дней в году! То есть на дом и семью у него остаётся чуть больше двух месяцев в год.
— А у него что, есть семья?! — с явным недоверием и даже ужасом переспросила меня подруга, которой я рассказала, что работаю над текстом о Конюхове-семьянине. — Я даже не знала, что он женат. А как… она это терпит?
Да, семейные обязательства обычно подразумевают некое домашнее единение, а «Фёдор Конюхов дома» звучит как оксюморон. И тем не менее — семья у путешественника есть: и жена, и дети. Причём, если верить фото и интервью, эти узы вполне благополучны.
В своих путевых дневниках Фёдор часто упоминает, что для полного счастья ему не хватает Иринушки. Конечно же, он имеет в виду жену — Ирину Умнову (Конюхову), известную учёную, педагога, писательницу и общественную деятельницу. Вспоминаем историю их любви и пытаемся понять: действительно ли длительные расставания укрепляют чувства, а сверхрискованные миссии и здоровые отношения — вещи совместимые?
Когда дом — перевалочный пункт
Даже в Антарктике у него при себе холсты и масляные краски. И, возможно, из экспедиции он привезёт не только полярные пейзажи, но и портрет жены. Фёдор называет её своей музой и всегда перед отправлением ждёт, что именно она экипирует его яхту или гребную лодку продуктами, одеждой и сюрпризами на праздничные дни… Но справедливости ради: Ирина — не первая муза путешественника. Бывшая супруга, художница Людмила Полозкова, этих испытаний не выдержала.
С первой женой Конюхов познакомился ещё в 1970-х, когда учился в Бобруйске на резчика-инкрустатора. Творческая натура Людмилы, студентки художественного училища, очаровала юного романтика. На тот момент Фёдор уже проявил свою страсть к путешествиям. За плечами у него была первая экспедиция, совершённая в 15 лет: он пересёк Азовское море на вёсельной лодке.
Молодые люди довольно быстро поженились, а в середине 1970-х переехали из Беларуси в Приморский край. Там, в посёлке Врангель, близ Находки, они прожили вместе почти 20 лет. Их первенец, Оскар, родился в 1975-м, дочь Татьяна — в 1978-м. Нельзя сказать, что пару поглотил быт: оба занимались искусством, устраивали вечера для творческой интеллигенции, собирали у себя туристов — и в целом жили скромно, но не нищенствовали.
На этом фоне Фёдор всё серьёзнее «болел» мореплаванием. В 1977-м он повторил маршрут Витуса Беринга, пройдя под парусом в Тихом океане, затем сделал бросок на Сахалин, Камчатку… Осуществил давнюю мечту о покорении Северного полюса: в 1989 году впервые доставил туда Знамя Мира. Вслед за Северным последовал Южный, всё новые миссии, кругосветки, восхождения…
Конечно, Людмила не могла последовать за мужем: на руках у неё было двое детей. С каждым разом ей приходилось всё дольше и дольше ждать Фёдора. Кое-как хватало сил на ведение хозяйства — с этим женщине изредка помогали знакомые.
«Какая уж там семейная жизнь. Пока супруг бродил по миру, она занималась домом, растила детей. Без помощи друзей ей, наверное, вообще тяжело было бы», — вспоминал друг семьи Александр Жолобов.
В какой-то момент трёхкомнатная квартира Конюховых, выделенная Союзом художников, из уютного гнёздышка превратилась в перевалочный пункт. И не только для главы семьи. С годами к нему присоединился и сын — в 14 лет Оскар впервые добрался до Северного полюса, чем открыл свой собственный походный список.Забегая вперёд: Конюхов-младший с детства мечтал стать океанологом. В юношеские годы мечту пришлось временно отложить — по настоянию мамы он поступил на экономический факультет РГГУ. Впрочем, с конца 1990-х Оскар вернулся на «волну»: он руководит Экспедиционным штабом всех путешествий Фёдора Конюхова и проводит время в экспедициях на суше и в воде.
Людмила Ивановна же не смогла найти в себе силы разделить эту страсть к путешествиям. Пути супругов окончательно разошлись, когда Фёдора пригласили в Москву. Женщина не планировала связывать судьбу со столицей и к тому же устала от одиночества. Развод был неминуем.
Сегодня первая жена Конюхова носит фамилию Фолкнер и проживает в США — она счастлива во втором браке, открыла собственный бизнес и реализовалась как художница. Там же, за океаном, живёт и дочь путешественника — Татьяна. Она вышла замуж за местного, получила гражданство США и взяла фамилию Корески. С дочерью, как и с тремя её детьми — своими «американскими» внуками — Фёдор видится редко.
Конюхов — шестикратный дедушка. Троих детей — Аркадия, Филиппа, Полину — воспитывает его старший сын Оскар. Ещё троих — Итена, Блейка, Кейт — дочь Татьяна.
«Неужели такие люди ещё бывают на этом свете?»
Такая мысль пришла в голову учёной и писательнице Ирине Умновой при знакомстве с Конюховым. Ведь на тот момент основным кругом её общения были солидные мужчины в костюмах и галстуках.
«Это был совсем другой мир, обременённый властью и несвободой», — вспоминает она в своей автобиографической книге «Моя жизнь с путешественником». И лишь при встрече с Фёдором этот мир перевернулся — увидев его в дверях, Ирина «сразу всё поняла».
Возможно, тому способствовали лёгкость, скорость и раскрепощённость, с которыми гость разулся и прошёл в комнату (эти детали она помнит с удивительной ясностью); возможно — «проницательность его слишком красивых серо-голубых глаз». А может быть, сам облик — длинные волосы, борода, худощавость, которой можно было достичь лишь постом и отрешённостью от земных благ. Это был, по словам женщины, образ «человека эпохи Андрея Рублёва»… Как бы то ни было, мужчина сразу поймал на себе её взгляд. И подмигнул.
Интересно, что этой встречи могло и не случиться. Она состоялась в доме оператора-постановщика Анатолия Заболоцкого, к которому Ирина в тот день, в середине 1990-х, пришла брать интервью для книги. Оказалось, что он ждёт в гости ещё и знаменитого путешественника. Умнова хотела уйти, но Заболоцкий её удержал:
— Останьтесь, Ира. Сам Бог посылает вам Фёдора Конюхова. Обязательно послушайте его для своей книги.
Вместо воображаемого «мужичка, который двух слов связать не сможет», Ирина получила необыкновенно вдохновенного собеседника. Она слушала об Антарктиде, о её открытии русскими мореплавателями Беллинсгаузеном и Лазаревым и о мечте Конюхова установить на Южном полюсе российский флаг; о вере, искусстве, кино, красоте тайги и океана… Её захлестнули чувства. «Внутри меня вдруг заиграла удивительная музыка, всё моё существо охватило предчувствие другой, более красивой и близкой мне по духу новой жизни», — пишет она.
«Ну, а ты будешь матушкой»
По словам женщины, незадолго до встречи с Конюховым она молилась в церкви о том, чтобы в её жизни появился близкий человек. На тот момент Ирина была вдовой и в одиночку воспитывала двух детей. Но о браке она мечтала, в первую очередь, с точки зрения духовного единения.
Было ли материальное важным? В самом начале отношений — уже на следующий день после знакомства — Фёдор честно предупредил: «Ирочка, я тебе не обещаю ни квартир, ни машин, ни благосостояния, ни покоя. Обещаю только, что буду любить тебя всю свою жизнь». И искренне сознался, что собирается странствовать до конца своих дней.
— Я путешествия ставлю в своей жизни на первое место. Ни родители, ни дети, ни жена меня не остановят, — сказал тогда будущий рекордсмен.
«А зачем останавливать, если для человека это — призвание?», — задалась вопросом Ирина. И, когда избранник назвал предположительный год окончания странствий— 2043-й, она предложила ему пожить подольше. «Посмотрим», — улыбнулся Фёдор.
Все эти предостережения её не отпугнули. Как не смутили и планы Конюхова принять со временем священнический сан. Наоборот — услышав о них, Умнова воодушевилась. И особенно обрадовалась его словам: «Ну, а ты будешь матушкой».
Хотя тогда карьера Ирины лежала в несколько иной плоскости. Доктор юридических наук, профессор, исследователь проблем конституционного права, она в те годы выступала с публичными лекциями перед сенаторами Конгресса США и учёными в Вашингтоне; преподавала во Фрибургском университете (Швейцария), стажировалась в Сорбонне и в судебных органах Франции.
Интересный факт: согласно Википедии, именно Умнову-Конюхову можно считать основателем новой научной школы в юриспруденции — право мира.
Но от многого, связанного с карьерой, Ирина отказалась — в частности, от работы в ООН и Европарламенте, других интересных предложений и командировок. Ради чего? Спокойствия Фёдора. Как только они поженились, Конюхов поставил условие: «Если я в экспедиции, ты должна быть мыслями со мной». И она старалась.
«Я год работала в Швейцарии, где на английском языке вышла моя книга по проблемам федерализма, но контракт не продлила. Понимала, что в погоне за карьерой могу потерять человека, которого мне сам Бог послал», — признавалась жена путешественника.
«Не жалеть, а радоваться»
В соцсетях Фёдора Конюхова сложно найти совместные фото с женой и упоминания о ней. В разделе «Картины» на его официальном сайте представлен только один портрет Ирины — «Иринушка с цветком». Хотя в реальности их больше — например, даже в зарисовки морских птиц художник «встроил» черты супруги. «Изгиб твоей шеи, Иринушка, не выдумка», — так подписал он один из самых лиричных рисунков.
Есть фото с сыновьями: старшим, Оскаром, и младшим, Николаем — они, в основном, тоже сделаны во время путешествий. А вот хранительница очага в публикациях фигурирует редко — как и сам очаг.
Что вполне ожидаемо, ведь свои приоритеты Конюхов открыто обозначил ещё на заре брака. И всегда оставался им верен: в одном из интервью он признавался, что готов лететь и на Марс, «даже если это билет в один конец».
Предупреждения о благосостоянии — по крайней мере, в первые годы супружества — тоже были честными. Несмотря на регалии обоих, Конюховы очень долго не имели собственного жилья. «Одно время жили в полуподвальной мастерской, где я из-за сырости заболела. Там у Фёдора за день могло побывать до 40 гостей. Покоя не было», — вспоминает Ирина. Купить двухкомнатную квартиру в Люблино семье удалось значительно позже.
Но, конечно, главным испытанием было ожидание. Расставания начались в самом начале совместной жизни и длились месяцами. К этому молодая женщина оказалась не готова: были и рыдания в подушку, и сожаления об ускользающей молодости, и жажда физического присутствия любимого человека.
А самым тяжёлым периодом был 2004-й — Конюхов вёл почти непрерывную активность (в частности, пересекал Атлантику на своей яхте «Алые паруса»). Ирина тогда была беременна. Сложные 9 месяцев совпали со сделкой по жилью, ремонтом, необходимостью покупать мебель: «Денег не хватало, надо было подрабатывать, сидеть ночами у компьютера. Я могла всплакнуть. Но, когда Фёдор звонил, виду не подавала».
Впрочем, с каждым годом разлуки давались Конюховой всё легче. То, что она чувствует сегодня, находясь за пол-земного шара от любимого, нельзя даже сравнить с переживаниями первых лет. Этому, по словам Конюховой, помогли вера и переосмысление всего происходящего. «Я поняла, что надо не жалеть себя или его, а надо радоваться тому, что с ним свершается его призвание», — говорит женщина.
Дети Конюховых: кто они и где живут
У супругов один общий сын — Николай. Дети Ирины Конюховой — сыновья Анатолий и Степан — окончили православную гимназию Свято-Алексиевской Пустыни. Об их жизни известно очень мало, но, судя по всему, ни один не связал жизнь с кругосветками. Анатолий получил высшее образование в МГЮА и стал кандидатом юридических наук, а Степан посвятил себя психологии и музыке.
У Николая — другой путь. Само его появление на свет связано с мореплаванием и, как считают Конюховы, было даром Божьим.
Случилось так: в начале 2000-х Ирина решила присоединиться к яхтенному путешествию мужа — от Барбадоса до американского Ньюпорта. Но вскоре после выхода в море их накрыл шторм. Сломалось правое перо руля, и яхту понесло не в сторону Америки, а вглубь Атлантики, к Европе. Киль дал трещину, судно стало затапливать — супруги сутками вычерпывали воду и молились о спасении: Богу и Николаю Чудотворцу.
Спастись действительно удалось — Конюховы приплыли не на американский, а на британский берег. Первое, что они сделали по возвращении на родину — возвели рядом с мастерской часовню Николая Чудотворца. А через несколько месяцев Ирина обнаружила, что ждёт ребёнка.
Это был долгожданный малыш — до этого ей долго не удавалось забеременеть. И теперь у супругов не было сомнений в том, что это будет мальчик, а звать его будут Николай.
Коля тоже учился в православной гимназии Свято-Алексиевской пустыни, позже – поступил в Московское Суворовское училище. Сейчас ему 20 лет. В его жизни очень много спорта (Николай — ультрамарафонец) и, конечно же, путешествий.
Младший сын Фёдора Конюхова часто публикует в соцсетях фото родителей, ещё чаще — делится путевыми кадрами: позирует на фоне арктических льдов, океана, гор. В дороге он с самого раннего детства. Всего в двухмесячном возрасте мальчик вместе с мамой летал в Англию — провожать отца в плавание; в возрасте двух лет — провожал его из Австралии, а в три года — вместе с родителями совершил экспедицию на верблюдах по Монголии: больше тысячи километров за два месяца!
Всё верно: Ирина далеко не всегда была домоседкой.
На частый вопрос журналистов «Не ревнуете ли вы мужа к путешествиям?», женщина отвечает: «А как можно ревновать к тому, что ты любишь сам?». Она дважды ходила с супругом на яхте через Атлантику, путешествовала с ним на верблюдах и лошадях. Но со временем сделала выбор в пользу материнства — ведь кто-то должен заниматься домом, детьми и их образованием.
«У нас классическая, православная семья, — так Конюхова объясняет своё решение. — Я жду на берегу, а путешествую только тогда, когда могут ехать и наши дети, наша семья».
Чаша терпения и история вечной любви
За несколько лет до рождения Николая пара обвенчалась. Это произошло в США, в перерыве между кругосветными плаваниями Фёдора. В тот день греческий священник вручил паре так называемую чашу терпения и наказал пить из неё каждый раз, когда в семье накапливаются обиды и претензии. Заодно отец Анастасий сказал Ирине: «Помни, именно ты — хранительница семейного счастья», подразумевая, что домашнее благополучие держится на женском терпении.
И пока Конюхов — даже на восьмом десятке, даже после принятия духовного сана — продолжает биться со стихиями и совершать немыслимое, его «муза» и «опора» продолжает ждать дома, молясь о возвращении мужа.
Ирина соглашается: их семью нельзя назвать образцовой, и на неё точно не стоит ориентироваться («Иначе в мире возникнет хаос»), но считает себя счастливой женщиной. Ведь в те дни, когда супруг дома, она слышит признания в любви каждое утро. Даже засыпая, Конюховы держатся за руки. «Я чувствую себя любимой и люблю. Так что история вечной любви состоялась», — говорит она.
А что же сам Фёдор? Он признается, что каждый раз оставляет близких с большой грустью и очень скучает по ним в экспедициях. «Но это и укрепляет нашу связь», — уверен он. И добавляет, что хотел бы оставаться примером для своих детей и внуков. А это, по мнению Конюхова, просто невозможно сделать, сидя дома.
Представляете, как семье Фёдора важно знать, где он находится, когда отправляется в очередное путешествие? Точно так же, как и вам важно знать, где находятся ваши дети, когда они не дома. Вот было бы приложение, которое позволяет и взрослым, и детям видеть, где находятся близкие!
Представляете, оно существует! Это Где мои дети — семейный локатор, где каждый член семьи может видеть на карте другого.
В оформлении материала использованы фото из соцсетей и личного архива семьи Конюховых. Коллаж Александра Сербиненко